Бескрайняя толпа заполняет площадь Восстания и уходит в стороны по Невскому и Лиговскому за пределы окоема. Людское море замерло и молчит. Все чего-то ждут. Из невидимых динамиков над городом вдруг раздается голос диктора: «Отныне Петербург объявляет о своей независимости!».  

Толпа остается все такой же безмолвной, но теперь молчит она вразнобой. Я гляжу на город, на толпу с очень большой высоты, откуда люди кажутся мне точками-пикселями. Эти крошечные пиксели по-разному восприняли это потрясающее известие. Одни - остаются тусклыми, как неживые, эти люди ошеломлены новостью и не знают, как быть. Другие зажигаются светом, они ликуют, и это ликование светится и сверху кажется искрами, вспыхивающими в толпе то тут, то там. Этих сверкающих пикселей не так много, навскидку процентов пять, но они отчетливо мне сияют.

Таинственным дуновением приносит знание, как пущенный кем-то слух: со стороны Москвы движутся войска, чтобы раздавить объявленную независимость. Площадь пустеет. Она пустеет так, как никогда еще не пустела, — вдруг и полностью. Как внезапно выключают свет или звук, так сейчас как будто выключили людей. Яркий солнечный свет придает ирреальность абсолютной пустоте площади Восстания и Невского проспекта.

«Где же эти пять процентов, которые ликовали, куда, к черту, все попрятались?», - в отчаянии думаю я. С ручным пулеметом в руках я бегу по зыбким жестяным крышам, ныряю в чердачный лаз, пробегаю в полутьме на противоположную сторону дома, отворяю окошко, пристраиваю пулемет. Передо мной прямой, как стрела, Суворовский проспект. Вдали Смольный и от него, как от Москвы, действительно уже подходят войска.

Военный отряд в ярком солнечном свете движется по центру мостовой. По тротуарам стоят редкие и робкие кучки горожан, смотрят. Отряд небольшой, вряд ли больше роты, и по облику своему - как вставной кадр из времен Великой Отечественной: солдаты одеты в поблекшие гимнастерки той эпохи, гуськом движутся несколько военных автомобилей, потертых и колченогих. На марш это не очень похоже, это похоже на потрепанный караван, нестройно бредущий из дальних стран. «Ну, да, своим ходом от Москвы тащились», - понимаю я. Эта сцена пародийно напоминает вступление войск Красной Армии в города, освобожденные от немцев. «Освободители хреновы», - думаю я. Видно, немного у Москвы войск осталось, что смогли найти, то послали.

Впереди процессии - корявый броневик, на его броне сидит командир отряда — молодой лейтенант, густой русый чуб из под фуражки с синим околышком, воротничок расстегнут, ухарская улыбка рубахи-парня: он пришел нас освобождать. Такие очень нравятся девкам.

Я знаю, что когда начну стрелять, то начну с него. Мне его немного жаль, но рулит высшее, холодное понимание: начинать с него. Просто так сложилось: он с той стороны, с отрядом и броневиком, а я — с этой, с пулеметом и чердаком. Он - из Москвы, я - из Питера.

В этот момент время начинает тормозить и почти останавливается. Отряд и броневик с лейтенантом все едут, едут, никак не приближаясь. Я смотрю на них в сиянии солнечного дня, и мысль моя начинает переминаться с ноги на ногу, то на одну, то на другую, то туда, то обратно, как двухтактный двигатель.

Я понимаю, что московские силы на исходе, Москва сама разваливается, раз на усмирение Петербурга прислала доходяг. Через пару недель «там» все будет кончено и никто уже не помешает Петербургу быть независимым. Московский отряд просто рассосется в Питере — как будто его никогда и не было. Можно не стрелять, не убивать и не погибать, можно просто дождаться естественного хода событий.

Тогда навсегда останется рубец: питерцы струсили, разбежались и москвичи их взяли голыми руками. Как с этим сознанием жить, как создавать свою независимость, когда своя история начинается с позора? Позор и трусость — вот на чем будет стоять петербургская независимость! Изнасилованная женщина тоже живет, только это другая жизнь, изнасилованная.

Когда я начну стрелять, конечно, я буду убит ответным огнем, тут у меня иллюзий не было - солдат больше и они военные. Я отношусь к смерти спокойно, но мне не хотелось умирать, даже за свободу Питера, мне гораздо больше нравилось бы жить в новой республике, участвовать в событиях, вообще знать, что будет происходить, как все будет рождаться. Но все убежали, а я оказался тут, с пулеметом в руках, так сложилось или так я выбрал, неужели мне теперь тоже уйти и скрыться? Тогда я увижу, как падет Москва, как вообще все переменится и начнется новая жизнь.

Если я буду стрелять, то наверное, меня потом объявят героем, но я равнодушен к холодному героизму мертвых, я люблю теплую и творческую жизнь.

О, эти пять процентов, которые ликовали, а потом попрятались! Уйти и раствориться в покорной толпе, где уже не различишь те пять процентов среди остальных, где надо будет разделить позор и анонимность бесславной жизни. Как жить с такой тяжестью потом? Как жить, понимая, что не совершил поступка, который наполняет жизнь твердостью и внятностью? Не может независимость начинаться с покорности и изнасилования, с ваты и сырости, она должна начинаться с поступка, с твердого, с сопротивления.

Значит, надо стрелять. Пусть мой огонь тут же подавят, но надо, чтобы в памяти осталось, что Питер сопротивлялся, а не трусливо сдался. Значит, я сейчас должен поднять пулемет и выпустить очередь в грудь этого дурацкого чубатого лейтенанта, подстрелить еще несколько солдатиков, сколько успею. Надо начать убивать и быть затем убитым.

Еще я подумал, что, наверно, уцелевшие солдаты озвереют и убьют сколько-то совершенно непричастных горожан, пока этих карателей ни сожрет толпа.

Так ходила кругами моя мысль, когда я почувствовал шевеление в темном углу чердака. Не поворачивая головы, краем глаза я увидел в нескольких метрах от себя притаившегося человека, похоже, чекиста в гражданском. В его руках было что-то и он этим в меня целился, точнее держал на мушке и ждал. Я понял: он ждал моего выстрела, чтобы сразу после того выстрелить в меня. Шансов дать бой москвичам он мне не оставил. Он мне оставил только право сделать в москвичей первый выстрел, и тут же меня пристрелил бы. «Гуманный, сука», - мелькнула мысль по краю сознания.

Выбор сузился до точки. Напряжение в ней стало настолько сильным, что Руслан проснулся.

* * *

Этот сон со всеми этими подробностями приснился мне в начале октября 2008 г.

С этого сна Руслана  начинается мой (начинающий писаться) роман "Руслан и Людмила" о  России, как Гордиевом узле, который удается разрубить силой любви. Из этого узла Петербург и "вырубают". 

Кирилл ВЕЛИКАНОВ
ТИХАЯ РЕВОЛЮЦИЯ ДОМОСЕДОВ
Выступление на V Конференции «Российские альтернативы» («Ходорковские чтения»)
8 декабря 2009

                                                                 Не китайскою стеною
                                                                 От людей отделены мы, –

полтора почти века назад эту знаменитую формулу провозгласил на все века лучший наш сатирический поэт, граф Алексей Константинович Толстой, в «Послании к Лонгинову о дарвинизме». Для А. К. Толстого, как и для нас сейчас, «люди» – это Европа; остальные не представляют интереса. То, что происходит в Европе, обязательно происходит и у нас – иногда с запозданием, иногда в усиленном или в ослабленном, а иногда и в денатурированном виде – но происходит.

А в Европе сейчас идет тихая и как будто даже незаметная революция. Подоплека ее в том, что уже два поколения граждан, избирателей – в большинстве своем не ходят на выборы и не считают ни телевизор, ни печатную прессу источником информации. Эти два поколения – скажем, от 15-летних будущих избирателей до 35-летних отцов и матерей семейств – берут информацию из Интернета, и выражают себя также через Интернет. «Выражать себя» – это уже новое, это происходит в социальных сетях, в так называемой блогосфере. Кстати, эти люди как правило не ходят на митинги и демонстрации, в политическом смысле они «домоседы».

( Read more... ) http://www.memo.ru/2009/12/12/velikanov.htm

В дискуссиях с коллегами возник новый вариант программных тезисов ПРР, который предлагается приблизить к форме Европейского Союза. Это позволяет уйти от споров о словах - "федерацией" или "конфедерацией" мы хотим видеть будущую Россию? Коррективы и дополнения принимаются!

1. Трансформация РФ из унитарной империи в Российский Союз - аналог Европейского.
2. Все субъекты РС получают равноправный статус, аналогичный статусу государств-членов ЕС.
3. Государства Российского Союза строятся на основе демократического самоуправления. Прямая выборность президентов, легализация региональных партий, многопартийные парламенты и т.д.
4. Государства Российского Союза учреждают Союзное Вече, наделенное полномочиями решать вопросы общей обороны, космоса, транспорта и т.д. Степень делегирования полномочий Союзному Вече определяют сами союзные государства.
5. Столицу Российского Союза, где проводятся собрания Союзного Вече, по исторической традиции предлагается разместить в Великом Новгороде.
6. Предприятия, располагающиеся на территории того или иного государства РС, выплачивают все налоги в бюджет своего государства, а это государство финансирует союзные программы в меру своей в них заинтересованности. Российский Союз намерен извлечь уроки из существования Европейского и не допустить формирования аналога "евробюрократии", которая отчуждена от конкретных стран.
7. Государства Российского Союза абсолютно суверенны в своей внешней и внутренней политике.
8. Единственное исключение, оправдывающее вмешательство во внутренние дела того или иного государства - это нарушение на его территории Всеобщей декларации прав человека, если это нарушение признано независимыми международными комиссиями и для его преодоления властями этого государства не предпринимается должных усилий.
9. Государства Российского Союза принимают общий закон о люстрации политических деятелей и охранных служб имперского режима.
10. Государства Российского Союза принимают общий закон о сохранении и развитии традиционных этнических культур на своих территориях.

http://vkontakte.ru/topic-7064503_22791664

К сожалению, пришлось выйти из комьюнити spb_separation, админы которого сочли вмешательством в их "внутренние дела" всего лишь пожелание, чтобы они разработали собственную регионал-демократическую программу. Так что на некоторые оставшиеся вопросы отвечу здесь, поскольку там неучастнику это уже сделать невозможно.

mike_2304 там пишет:

Вадик, ты разве не федеральный бренд крутишь ака "Партия регионов россии"?
Скока ихъ было уже, этихъ программъ - и в 10 тезисах, и в 100. Регионалистская программа - это "вся власть регионам". Демонтаж нынешнего режыма рф с его вертикалью и едорасней - один из шагов на пути к этому. Почему ты считаешь, что это мы помогаем политикам рф решать ихъ задачи, а не наоборот?

1. Майк, а не ты ли года два уже сам твердишь мне об идее партии регионов? Но это, как нам всем понятно, не "еще один" федеральный бренд в ряду ныне существующих, но проект переформатирования самих федеральных принципов. Вот кстати сам почему не включаешься?

2. "Вся власть регионам" - очень общо для программы. В вашем случае, это выходит - бабе Вале? =) Или кто именно будет говорить от лица региона? У местных отделений московских партий есть своя "вертикаль" - с ними все ясно. Но что именно предлагает петербуржцам клуб "Ингрия"? В экономике, политике, соц.сфере и т.д. Без хотя бы тезисных ответов на эти вопросы вас просто нет как политического субъекта! Можете на здоровье махать флажками - а власть в момент гипотетической революции просто поделят те же "федералы"... Или ты думаешь, что петербуржцы проникнутся регионалистской идеей только потому, что у вас такие красивые флажки? =)

Давеча редакция "Известий" сняла колонку Максима Соколова с самой осторожной критикой гиперцентралистских порядков в России.

Чем только лишний подтвердилась точка зрения регионалистов - именно эта тема является реально оппозиционной, а вовсе не власть или отставка того или иного имперского правителя...

В статье речь идет о проекте Медведева построить российскую "Силиконовую долину" в подмосковном Сколкове и встречном предложении Лужкова перенести ее на бывший ЗИЛ. У Соколова есть несколько точных и остроумных наблюдений: ( Read more... )

Какой правильный регионалистский фильм! =)

История убеждённого шотландского патриота Йена Хэмилтона, который в 1950 году возродил гордость Шотландии своим невероятным и сумасбродным рейдом в самое сердце Англии, чтобы вернуть на родину захваченный 650 лет назад англичанами Камень судьбы.

Думаю, многие уже посвящены в конспирологию распада культовой группы АГАТА КРИСТИ.

Глебушко все-таки наш человек - он сочинил песню "Вольно!" и с тех пор настроен оппозиционно. =)

Иное дело - мой тезка Вадим, который увлекся сотрудничеством с кровавым режымом в лице Владислава Суркова. Давеча переслушал их альбом "Полуострова", где аффтаром текстов являеццо кремлевский серый кардинал -



- и осенила жестокая догадка: регионалистам будет очень трудно с этим бороццо!

Это совсем не совок, который можно было обстебать и забыть. Здесь есть своя экзистенциальная глубина, которую плоским отрицанием не одолеть...

Поэтому первой задачей для регионализма ставиццо Kulturkampf. Давайте вспомним, что независимость Финляндии началась за полвека до Маннергейма - а именно с "культурной революции" школы Снельманна, разработавшей новую эстетику в живописи, музыке, литературе и т.д. Именно ей удалось создать новое национальное самосознание - а дальнейшее политическое оформление было уже следующим логическим этапом. Без мощного культурного "бэкграунда" политический регионализм не сработает!

А давайте теперь посмотрим - чем мы обладаем в этом плане? Конечно, в Ингрии есть ЭЛЕКТРОПАРТИЗАНЫ, в Сибири - БУГОТАК, в Карелии - нео-фолкеры... Но этого так мало! Взять Залесье - кто-нибудь сочинил хоть одну песню о нем? Брат Широпаев, что тебя отвлекает? =)

Давеча редактор сайта "Правая.Ру" Александр Елисеев предложил ответить на несколько вопросов. Ответы приводяццо под катом.

- Есть ли гарантия того, что в случае распада ведущих национальных государств, победителями не будут транснациональные корпорации? Есть ли механизмы защиты маленьких наций от больших корпораций?
( Read more... )

Программные тезисы Партии Регионов России:

1. Трансформация гиперцентралистской системы РФ в сетевое содружество регионов.
2. Все субъекты РФ получают равноправный статус Республик.
3. Республики бывшей РФ строятся на основе демократического самоуправления. Прямая выборность президентов республик, легализация региональных партий, многопартийные региональные парламенты и т.д.
4. Республики учреждают Совет Конфедерации, наделенный полномочиями решать вопросы общей обороны, космоса, транспорта и т.д. Выборы в Совет Конфедерации производятся на территории каждой из Республик общим, прямым и тайным голосованием. Срок депутатского статуса - 1 год.
5. Столица Конфедерации имеет передвижной характер, она сменяется каждый год, во избежание бюрократического застывания и превращения в "нео-Москву".
6. Все предприятия, располагающиеся на территории той или иной Республики, выплачивают 90% налогов в республиканский бюджет и лишь 10% на поддержание нужд Конфедерации (модель Аляски).
7. Республики Российской Конфедерации абсолютно суверенны в своей внешней и внутренней политике.
8. Единственное исключение, оправдывающее вмешательство во внутренние дела той или иной Республики - это нарушение на ее территории Всеобщей декларации прав человека, если это нарушение признано независимыми международными комиссиями и для его преодоления властями Республики не предпринимается должных усилий.
9. Республики Российской Конфедерации принимают общий закон о люстрации политических деятелей и охранных служб имперского режима.
10. Республики Российской Конфедерации принимают общий закон о сохранении и развитии традиционных этнических культур на своих территориях.

Вышеперечисленные тезисы имеют дискуссионный характер до Учредительного съезда ПРР.